Люблю этот стих))Белому этику – чёрного логика!
Чёрному этику – логика белого!
Дайте Есенину, скромному золотку,
Личного Жукова – сильного, смелого!
Дайте Гексле, раздолбаю и бабнику,
Габа – с улыбкой, сарказмом, практичностью;
Макса – Гамлу, озорному развратнику,
Чтоб его сделал порядочной личностью;
Штирлицу выдайте Доста послушного –
Пусть себе вместе добром занимаются;
Надо Дюму от спокойствия скучного
Доном спасти – пусть взрывчаткой играются;
Дайте Бальзаку, ехидне и сволочи,
Напа взрывного и с пылкими фразами;
Робу, над книжкой сидящему до ночи, -
Гюгу с салютами в жопе и разуме;
Драю морали присутствие дорого?..
Нет, ему Джек. Пусть что хочет – то делает.
Белого этика – чёрному логику!
Чёрного этика – логику белому! (с)
читать дальше
***
Нап - это такой Макс, только сначала бьёт, потом разбирается. Это такой Дост, но резкий такой Дост.(с)
***
***
Наполеону нужен миру уже созданный. Чтобы там властвовать над мелкими людишками, захватывать новые земли, устраивать пиры, совращать юных дев и все такое прочее.
Бальзаку созданный мир не нужен. Он сядет ночью с чашкой кофе и создаст свой собственный. Во всех подробностях. А потом отдаст Наполеону на растерзание)
***
Одна из моих любимых картинок по этой паре:
Оно все такое грубое и нецензурное, но мне почему-то смешно =_= ***
Надоели Дон Кихоты с их бредовыми мечтами
И от Дюм тошнит слащавых и обидчивых не в меру
Гюги просто заебали своим смехом идиотским
Робеспьерское занудство остопиздело не меньше
Гамлет, мрачный как Дарт Вейдер, всех страдать вокруг заставит
А Максим всех будет строить, словно всем вокруг не похуй
Жуков - бык и хам трамвайный, ему лишь бы доебаться
Ебанный поэт Есенин все залил вокруг соплями
А Наполеон безмозглый все плетет свои интриги
Рядом с ним Бальзак-придурок вечно чем-то недовольный
Джек - предприниматель хуев, продает снег эскимосам
Драйзер днем мораль читает, вечером - идет на блядки
Штирлиц тормозит конкретно изредка впадая в ярость
Достоевский всех залечит непонятными словами
Гексли бегает вприпрыжку и пиздит как телевизор
А Габен, большой как айсберг, вовсе кажется что умер (с)